«ДЛЯ ВСЯКОГО УПОТРЕБЛЕНИЯ»

В мае 1891 года в Москве, в богадельном доме графа С.Д.Шереметева (ныне Московский городской н.-и. институт скорой помощи имени Н. В. Склифосовского) умер поэт-сатирик и артист Павел Васильевич Шумахер. Родился он в 1817 году в Орше.

Образованный, владеющий многими языками, тонкий знаток литературы, талантливый поэт и артист, Шумахер оставил литературное наследство, которое почти полностью уместилось на 250 страничках небольшой книжки, изданной в наше время, в 1937 году, в серии «Библиотека поэта»

Жизнь П. В. Шумахера сложилась неудачно, как и судьба его книг.

Не прошло еще и 20 лет со дня его смерти, а напечатанная о нем статья в журнале «Исторический вестник» 1910 года уже носила название: «Забытый поэт-сатирик»2.

Юность свою П. В. Шумахер провел в Орше. Учился там в училище иезуитов. Потом учился в Петербурге в Коммерческом училище. Начал служить в военном министерстве, не помышляя о литературе. Дважды служил п далекой Сибири, причем последний раз управляющим золотыми приисками. В Сибири, между прочим, неоднократно встречался с высланными декабристами.

В начале 50-х годов Шумахер вернулся в Петербург, женившись по дороге на вдове богатого купца. Года три жил за границей, преимущественно в Париже, после — в Нижнем Новгороде в доме богатого деда жены. Здесь попробовал (от скуки!) играть в любительских   спектаклях   и   выступать   в   качестве   чтеца­рассказчика. Имел шумный успех, который весьма пригодился впоследствии. Кое-что начал писать в журналах.

В Нижнем Новгороде Шумахер в феврале 1858 года встретился с Тарасом Шевченко и первый познакомил его с нелегальным герценовским «Колоколом». К этому времени Шумахер уже сам приобрел некоторую известность.

Переселившись в Петербург, Шумахер вскоре разошелся с женой. Материальные дела его были плохи.

Началась трудовая жизнь литератора, осложненная тем обсто­ятельством, что цензура сразу отнеслась к его творчеству с подозрением и ставила рогатки к напечатанию стихотворений и к публичному их исполнению.

Шумахер сотрудничал в издававшейся В. С. Курочкиным «Искре» — журнале, руководимом революционно-демократической группой разночинцев.

Сатирические стихи Шумахера в эти годы полны вражды к крепостничеству, глубокого сочувствия к трудовому народу. С усилением реакции сатирическое жало стихов Шумахера притуп­ляется. Поэт явно устает от борьбы. В восьмидесятых годах он пишет о себе горькие стихи:

«Какой я, Машенька, поэт!

Я нечто вроде певчей птицы,

Поэта мир—весь божий свет;

А русской музе тракту нет,—

Везде заставы, да границы.

И птице волю дал творец —

Свободно петь на каждой ветке;

Я ж верноподданный певец,

Свищу, как твой ручной скворец,

Народный гимн в цензурной клетке».

Цензура, действительно, сбивает сатирика, запугивает его, и к концу жизни мировоззрение Шумахера отличается от его же убеждений шестидесятых и семидесятых годов. Однако и до последних дней он писал оппозиционные стихи, служившие объектом пристального внимания Третьего отделения. Это неусып­ное внимание и преследование сбивали поэта порой на стихотворе­ния откровенно циничного характера, а иногда, вдруг, и на отнюдь не прогрессивные слова и мысли. Но все это были отдельные срывы, и популярность стихов Шумахера росла и была больше, чем он думал об этом сам. Современники сравнивали его с Беранже за умение остро и быстро откликаться на политические и социальные вопросы. В 1871 году Шумахер пытается выпустить первый сборник своих сатирических стихотворений. Напечатанная в Петербурге книга была немедленно арестована в типографии, автора привлекли к суду. Товарищ прокурора в своей обвинительной речи дал такую характеристику стихотворениям, напечатанным в этой книге: «Кни­га Шумахера большей частью заключает в себе очень краткие с очень легким содержанием стихотворения, начинающиеся с обыкновен­ных эротических тем и оканчивающиеся серьезными целями: об исторических судьбах народа» 3.

Помимо этого, критик-прокурор нашел в стихах Шумахера и «неприличное осмеяние великих реформ Петра», и «осмеяние награды орденами, исходящей от высочайшей власти», а в стихотворении «Пруссофобы» еще и «осмеяние национальности, многие представители которой стояли и стоят в высших сферах».

Дело о книге перешло в Судебную палату, которая определила: Шумахера личному взысканию не подвергать, но книгу его истребить всю без остатка.

Проделано это было, очевидно, настолько усердно, что Н. Ф. Бельчиков, редактировавший советское издание стихотворе­ний Шумахера в 1937 году и сумевший поднять все архивы — как цензурные, так и личный архив поэта — книги «Для всякого употребления» не нашел.

К сожалению, ко мне эта книга попала после выхода в свет нового советского издания стихотворений Шумахера, и помочь редактору Н. Ф. Бельчикову было уже поздно. Книга представляет собой типографскую верстку, присланную автору для корректуры. Страницы испещрены всякого рода исправлениями и поправками, сделанными рукой автора. На титульном листе книги его же дарственная надпись:

«Единственный уцелевший экземпляр дарю уважаемому Н.М.Соколовскому. П.Шумахер. Май 1872. Спб.».

Владелец, по-видимому, очень дорожил подарком поэта, и книга его переплетена в роскошный кожаный переплет с золотым обрезом. Каждая страница с пометками автора переложена впле­тенными листами папиросной бумаги. Впрочем, книга* этого стоит—она уникальна4.

Обвинение Шумахеру было предъявлено по статьям 1001 (цинизм) и 1045, карающей за «политические выпады против существующего строя». Об этом имеется карандашная заметка, сделанная также рукой автора на листе шмуцтитула книги.

В книге имеется ряд стихотворений, оставшихся ненапечатан­ными в последующих сборниках Шумахера, включая и издание 1937 года. В частности, есть очень забавное «Посвящение» книги Ивану Сергеевичу Персину, вероятно, врачу по профессии:

«А я к тебе с презентом:

Прими, брат, от души!

Скажи и пациентам

Пусть примут—пропиши.

А если будет нужно

Направить животы,

То можно и наружно

Прикладывать листы.—

Служа фраицузороссам

Ты славу залучил

И все остались с носом,

Которых ты лечил».

Но, разумеется, не эти шутливые строки вызвали преследова­ние книги. О ее содержании можно судить хотя бы по такому стихотворению:

«Тятька, эвон что народу

Собралось у кабака:

Ждут каку-то все слободу:

Тятька, кто она така?

— Цыц! Нишкни, пущай гуторят,

Наше дело сторона,

Как возьмут тебя да вспорят,

Так узнаешь, кто она!»

Арест книги расстраивает и без того плохие материальные дела поэта, и он переезжает из Петербурга в Москву. Здесь он ненадолго поступил в число артистов труппы «Артистического кружка».

Мысль об издании сборника стихов не покидает его, но Шумахер понимает, что в России это неосуществимо. На помощь приходит И. С. Тургенев, который издает в Берлине в 1873 году сборник стихов Шумахера под названием «Моим землякам». Через семь лет (1880) там же в Берлине и с помощью того же И. С. Тургенева, была выпущена вторая книжка под тем же заглавием.

Судя по сохранившимся письмам И. С. Тургенева, обе берлин­ских книжки приносят Шумахеру очень малые деньги. Так же мало дает ему и разрешенная наконец-то в России единственная тощая тетрадочка его стихов, под названием «Шутки последних лет». Она вышла в Москве в 1879 году. В письме к Е. А. Краевскому Шумахер пишет (18 апреля 1879 г.): «Посылаю вам мою оскопленную книжонку. Вот все, что цензура дозволила и то в искалеченном виде»6.

Это — все книги, которые увидели свет при жизни писателя, принимая во внимание, что первая из них «Для всякого употребле­ния»— увидела только свет костра, на котором ее сжигали.

Литературный заработок никак не обеспечивает Шумахера. Он живет сначала у Н. X. Кетчера, потом в доме гражданского губернатора В. С. Перфильева, с женой которого, Прасковьей Федоровной, у него завязалась сердечная дружба и, наконец, переселяется в страноприимный дом С. Д. Шереметева, где и заканчивает свою жизнь.

Хорошо знавший поэта редактор «Русского архива» П. Барте­нев написал у себя в журнале: «Скончавшийся 11-го мая 1891 года П. В. Шумахер был человек достопримечательный. Он памятен еще многим москвичам: с цитристом Бауэром много лет сряду привлекал он слушателей и почитателей превосходным стихочте-нием в клубах и в частных домах»7.

Очевидно это «стихочтение» в то время давало тоже немного, и поэт проводит свои последние годы, хоть и под покровительством самого графа С. Д. Шереметева, но, все-таки, у него в богадельне. Невеселая судьба поэта, безуспешно провоевавшего всю жизнь с цензурой за право увидеть свои стихи в печати.

В благодарность Шереметеву одинокий поэт оставил ему все свои рукописи, весь свой богатый архив и переписку. В 1902 году Шереметев издал посмертную книжку его стихов под названием «Стихи и песни». Цензура исковеркала и эту книгу, и только в наше время, в 1937 году стихи Шумахера вышли в свет в том виде, в каком они были написаны. Надо было бы эту книжку переиздать вновь — ее уже давно нет в продаже. К тому же сейчас есть возможность воспользоваться и сожженной первой книгой поэта Для всякого употребления». Один экземпляр ее сохранился.