ВСТУПЛЕНИЕ

 

В курганах книг,

похоронивших стих,

железки строк случайно обнаруживая,

вы

с уважением

ощупывайте их,

как старое,

но грозное оружие.

                                   Вл. Маяковский.

 

В «курганах книг», написанных людьми предыдущих поколений, понятие «старого, но грозного оружия» как нельзя более подходит к книгам великого русско­го писателя — революционера Александра Никола­евича Радищева.

Направленные против самодержавия, рабства и крепостничества, книги Радищева более ста лет были «жупелом» для царского правительства, которое не только беспощадно уничто­жало все издания сочинений Радищева, вышедшие при его жизни, но и позже яростно пресекало попытки некоторых смельчаков-издателей напечатать их вновь.

Начиная с 1790 до 1905 года книги Радищева жгут на кострах или перемалывают на бумажных фабриках.

Однако от каждого такого «аутодафе», устроенного царской цензурой для книг Радищева, всегда оставалось несколько считан­ных экземпляров, припрятанных и почитателями революционных идей автора «Путешествия из Петербурга в Москву», и некоторы­ми ревностными книголюбами.

С этих уцелевших экземпляров снимались многочисленные рукописные копии, которые потом, переходя из рук в руки, делали свое революционное дело. Имея в виду именно это распростране­ние сочинений Радищева в списках, Пушкин писал: «Радищев рабства враг — цензуры избежал!»4

Революция 1905 года на время сбила цензурные оковы с сочинений Радищева, но по-настоящему широко, полно и научно произведения его дошли до народа только в наше, советское время.

Огромными тиражами, во всех видах и вариантах напечатаны и продолжают печататься книги Радищева.

Советские люди знают и высоко чтут писателя, который «нам вольность первый прорицал».

Но чем больше сейчас выпускается новых книг Радищева, чем богаче и роскошней их одежда, печать и бумага, тем драгоценней становятся те немногие, скромные на вид, уцелевшие экземпляры его «Путешествия из Петербурга в Москву» и других произведе­ний, напечатанные при жизни писателя, или после его смерти, до 1905 года.

Книги эти — замечательные реликвии истории развития русс­кой общественной мысли, истории революционного движения в России.

Иметь экземпляр «подлинного Радищева» всегда было заветной мечтой каждого библиофила, начиная с самого Пушкина. До наших дней сохранилось первое издание «Путешествия из Петер­бурга в Москву» из личной библиотеки поэта, с его собственноруч­ной надписью: «Экземпляр, бывший в Тайной канцелярии, запла­чен 200 рублей. А. Пушкин».

Судьба каждого уцелевшего экземпляра «потаенного Радище­ва» чрезвычайно любопытна и полна самого романтического интереса.

Много лет назад, начав собирать старые русские книги, я поставил себе целью во что бы то ни стало найти «всего Радищева». Старые, седые антиквары, узнав о моем намерении, стали встре­чать меня ироническими улыбками. Известный книжник Павел Петрович Шибанов, «Шаляпин книги», как его называли, весьма сердито сказал мне:

—   Помню я, молодой человек, какую-то историю с синицей. Она что-то там пыталась зажигать, что именно — я уже забыл, но история весьма поучительная...

Милейший человек Павел Петрович! К старости его беззавет­ная любовь к книге начала уже переходить в манию, хотя именно против маньячества в книжном собирательстве он сам выступал неоднократно.

Заведуя крупнейшим книжно-антикварным магазином «Меж­дународной книги» в Москве, он начал припрятывать более или менее редкие и замечательные книги от покупателей. Прятать не для кого-нибудь, а просто от всех. Когда вы подходили к нему с горкой отобранных книг, он делал такое печальное лицо, что вам становилось неловко.

—   Ну зачем вам «Полтава» Пушкина? — вдруг начинал «сове­товать» Павел Петрович.— Подумаешь, прижизненное издание! И вид у книги не первоклассный — явно «усталый» экземпляр. Подождите, найдете для себя безукоризненный.

Потом, вдруг, увидя помеченную им же самим на книге цену, он всплескивал руками и начинал кричать: Как тридцать рублей! За такую книгу? За такой изумительный экземпляр? Это ошибка! Я должен проверить! — Вы оставьте книгу и приходите завтра!

Люди, хорошо его знавшие, давали ему вдоволь накричаться и... шли платить в кассу. Огорченный Шибанов провожал их напут­ствиями: Да вы хоть берегите «Полтаву»! Ведь это же Пушкин! Понимаете ли — Пуш-кин! Первое издание!

Многие собиратели очень обязаны Павлу Петровичу Шибанову. Он как бы делился с ними своей неистощимой любовью к книгам.

О книгах Радищева Шибанов говорил непременно складывая молитвенно на груди руки и произнося каким-то свистящим шопотом: Ра-ди-щев!

Более молодой, но не менее замечательный книжник-антиквар, ныне здравствующий Алексей Григорьевич Миронов продавал книги, наоборот, весело, с улыбкой, радуясь вместе с вами находке.

— Лишь бы книга попала в хорошие руки! — говорил он при этом. Именно ему я обязан лучшими книгами в своей «Радищевиане». Однако для того, чтобы собрать ее полностью (книги прижизненные и отпечатанные до 1905 года), тридцати с лишком лет поисков не хватило. Я так и не нашел пока двух, правда не самых главных, книг Радищева: «Офицерские упражне­ния» и «Письмо к другу».

Ниже делается попытка изложить историю и сделать подробное описание всех отдельно вышедших до 1905 года книг Радищева, с указанием обстоятельств, сопровождавших их появление в свет и некоторыми другими подробностями. Работа разбита на главы, из которых каждая посвящена отдельным книгам Радищева, в хронологическом порядке их выхода в свет.