Памятки прошлого

 

В Петербурге есть одно прекурьезное собрание, которое долгое время было мало кому известно. Это -собрание различных памяток-плетенок из волос когда-то и для кого-то дорогих и близких людей.

В обиходе жизни прошлого многое было чрезвы­чайно красивым и теперь мы, измученные, усталые в шумихе современности, в сумятице жизни больших горо­дов, звенящих трамваев и гудящих автомобилей, - ста­раемся собрать хотя бы крохи того красивого прошлого и отдохнуть любуясь ими и вспоминая о том, что никогда не вернется... Плетенки из волос... Сколько трогательно­го, бесконечно привлекательного в этих очаровательных памятках наивной, часто сентиментальной, часто само­дурной, но искренней и нежной жизни наших дедушек и бабушек. Сколько любви, так теперь нас трогающей и столь обычной в свое время, сколько чувства вложено в них, какие образы они будят, как волнуют они думы о прошлом, о времени Лариных и Ростовых, когда тонкие девические пальчики плели замысловатые их узоры.

Несомненно, что внимание наших собирателей к этим своеобразным памяткам разовьется столь же быст­ро, как и к иным отраслям коллекционерства.

Перебирая эти плетенки из волос - то в виде за­мысловатого вензеля, то какого-то непонятного орнамен­тального рисунка, - любуясь переливами то темных, то белокурых, то золотисто-рыжеватых, то пепельных или, как вороново крыло, черных волос, так и рисуется перед вашими глазами милый романтизм начала прошлого ве­ка; эти скромные, наивные, бесконечно привлекательные девушки и молодые женщины, навивавшие прядки своих волос любимым людям. Почти все такие памятки оправ­лены в интересные отделки - то в медальоны, в оборот­ную сторону миниатюры, то в крышку табакерки, то в портфель, тонко и красиво расшитый бисером, то, нако­нец, в кольце встречаем плетенку изумительной тонко­сти.

Но коллекционировать эти плетения чрезвычайно трудно. С одной стороны, это все больше родовые па­мятки, и кто из уважающих себя людей польститься про­давать их; с другой, те, к кому они попадают случайно, цены им не придают никакой и спокойно выбрасывают их, как никуда не годную ветошь. И то, и другое обстоя­тельство антиквары отлично успели учесть, и как только в их руки попадает что-либо в этом роде, они заламыва­ют, как всегда, головокружительные цены. Они ничем не рискуют, потому что наши собиратели не стесняются в ценах, раз вещь "необходима" для пополнения собрания.

Как на характеристику цены на такие памятки ста­рины, укажу на следующий случай: несколько времени тому назад кн. Г., в чьем собрании немало таких инте­ресных плетений, у одного старьевщика в Александров­ском рынке нашел полуистлевшую и почти совершенно выгоревшую акварель - портрет молодой девушки; на задней стороне портрета был какой-то прехитро спле­тенный вензель из чьих-то русых волос. Кн. Г. с трудом приобрел эту памятку за сто рублей. Но на этот раз ан­тиквар немного попался: он мог значительно больше по­лучить за плетенку. Разбираясь в покупке, кн. Г. нашел в том же медальоне трогательно наивное стихотворение, из которого видно, что эта прядка-вензель и этот медальон предназначался какому-то юному воину эпохи 1812 года.

И отражение давно минувшей жизни наших праба­бушек и прадедушек и влечет коллекционеров к этим милым наивным памяткам несложных взаимоотношений доброго старого времени.