СЕКРЕТНЫЕ КНИГИ

 

Истории борьбы русских революционеров с царской охранкой, с жандармерией, возглавляемыми пресло­вутым Третьим отделением собственной его импера­торского величества канцелярии, в нашей литерату­ре, мне кажется, уделяется недостаточно внимания. Я с радостью прочитал в 5 и 6 номерах журнала «Дон» 1958 года повесть А. Степанова «В керченской крепости». Автор увлекательно рассказал о подпольной борьбе революцио­неров-большевиков. Не мне судить о достоинствах или недостат­ках повести, но познавательная ее ценность — вне сомнения. Само­отверженная борьба подпольщиков-большевиков, сумевших из-под носа жандармов и провокаторов вывести заключенных това­рищей из крепости, захватывающе интересна.

Не очень понятно, почему, например, исчезли из репертуара наших театров пьесы А. Н. Толстого и П. Е. Щеголева «Азеф» и «Предательство Дегаева» В. В. Шкваркина, пьеса, когда-то преми­рованная на конкурсе. Может быть, эти пьесы были написаны недостаточно хорошо, но пьесы, подобные им, очень нужны. Я знаю, что слова Владимира Маяковского: «Эту ночь глазами не проломаем, черную как Азеф»,— когда-то понятные всем и каждо­му, сейчас необходимо подробно комментировать.

Один знакомый мне молодой человек уже говорил про эту самую ночь у Маяковского, что она «черная, как Азнефть»...

Имя подлейшего из царских провокаторов Азефа принадлежит к тем именам, которые не очень хочется помнить, но которые никак не следует и забывать.

Работа царской охранки отнюдь не была примитивной, как это думают некоторые молодые товарищи. В помощь своей мерзкой работе по удушению всего передового, прогрессивного, революци­онного, как в общественном движении, так и в литературе, царская охранка издавала свои собственные книги, руководства и даже учебники. В них звучало не только сакраментальное «тащить и не пущать», и они наносили существенный вред революционному движению.

Издавались эти книги, конечно, строго секретно, в незначитель­ном количестве экземпляров и выдавались для пользования только высшим чинам жандармерии и политического сыска.

Такие книги в дореволюционное время были, разумеется, недоступны для собирателей, но после революции немногие их экземпляры просочились на книжный рынок.

Сейчас они представляют собою любопытнейшие документы, освещающие русское революционное движение с точки зрения организации, призванной с ним бороться всеми мерами, призван­ной истреблять «крамолу».

Правительство заботилось, чтобы охранники были в достаточ­ной степени осведомлены о «вредном» направлении прогрессив­ных органов печати, о программах политических партий, их лидерах и вождях. Составлялись эти книги людьми, не способными мыслить объективно, поэтому в них множество таких суждений, которые сейчас кажутся нелепыми.

Но многое освещалось более или менее точно.

У меня сейчас несколько таких книг, три из которых заслужива­ют, как мне кажется, подробного описания.

Первая из них, наиболее ранняя, носит следующее заглавие:

«Секретно. Собрание материалов о направлении различных отраслей русской словесности за последнее десятилетие и отече­ственной журналистики за 1863 и 1864 г. Спб., 1865».

На обороте заглавного листа: «Печатано по распоряжению Министра внутренних дел. В типографии министерства»1.

  

Книга представляет собою своего рода критический обзор, отдел поэзии и прозы в котором составлен П. И. Капнистом, драматур­гии — В. М. Маркевичем, а обозрение журналистики — цензорами А. В. Никитенко, И. А. Гончаровым, Н. В. Варадиновым и другими.

Надо ли говорить, что обзор всей литературы и журналистики сделан с реакционных позиций, всячески прославляющих издания благонамеренные и осуждающих все явления прогрессивного порядка.

За непреложную истину выдается мысль, что «оставя путь свободного развития, литература наша значительно отклонилась в несвойственную ей среду одностороннего служения временным политическим, гражданским и общественным вопросам».

Авторы обзора делают попытки быть объективными и называ­ют, например, Н. А. Добролюбова «замечательным талантом». Однако они тут же пишут, что «влияние его было крайне невыгодно для развития изящной литературы». Под его влиянием, видите ли, «литература наша окончательно отшатнулась от своего прямого назначения и стала служить политической и социалистической пропаганде».

С этой же позиции анализируется творчество Н. А. Некрасова и других. Что касается Н. Г. Чернышевского, то о нем просто пишут: «С удалением одного из главных деятелей — Чернышевского, дававшего тон известному, эксцентрическому направлению жур­нала «Современник», успех этого издания заметно поколебался».

Нельзя сказать, что авторы этого «обзора» недооценивали деятельности революционных демократов! Об «Искре», например, сообщается тоже, что «резкий тон этого журнала значительно вообще смягчился с устранением от редакции В. Курочкина».

В общем, знаменитое «устранен» — показывает способ борьбы с прогрессивными редакторами и журналами, причем произносится это «устранен» авторами обзора, как нечто само собой разумею­щееся.

Очень интересная книга, о полном содержании которой не расскажешь бегло и сжато.

Следующей, подобной же книгой, в моем собрании является: «Обзор социально-революционного движения в России. Спб. 1880». На обороте заглавного листа значится: «Печатано по распоряжению Ш-го отделения собственной ЕИВ канцелярии. В Типографии В. Демакова»2.

Книга так же считалась «секретной». По словам библиографа П.А.Ефремова, «во время набора и печатания этой книги в типографии присутствовал представитель полиции, гранки с набо­ром тщательно запирались и по напечатании немедленно рассыпа­лись» 3.

Книга содержит попытку «научно» поведать историю социаль­но-революционного движения на Западе и у нас, причем, в последнем случае отведено значительное место «зловредной де­ятельности» Н. Г. Чернышевского, А. И. Герцена и других. Много интереснейших подробностей, освещенных, конечно, очень своеоб­разно, о крупных революционных процессах, о приемах революци­онной пропаганды, о способах борьбы с ней и так далее и так далее.

Как раз в этом отношении еще более любопытной книгой является третий «литературный цветок» царской охранки, уже более позднего времени. Заглавие этой книги, вышедшей с грифом «Не подлежит оглашению», таково: «Записки по истории револю­ционного движения в России (до 1913 года). Издание Департамен­та полиции. Составил Отдельного корпуса жандармов подполков­ник Рожанов. Спб., в типографии Штаба отд. корпуса жандармов, 1913»4. На книге множество гербовых печатей херсонского жан­дармского управления, откуда она, очевидно, и попала на рынок.

По-видимому, это уже просто «учебник» для «господ», которых именовали в то время  «гороховыми пальто». Сначала бегло рассказывается история революционного движения, приводятся краткие программы партий, потом, уже подробно, повествуется о многочисленных случаях «поимок преступников», а, главное, называется множество фамилий революционных деятелей, еще не арестованных, с краткими приметами их и характеристиками.

Разумеется, характеристики эти не точны и доказывают, что жандармы были, порой, информированы лишь наполовину. Это и понятно, у революционеров были свои законы конспирации.

Автор-жандарм не скупится иногда и на такие подробности, которые, казалось, мало должны интересовать охранников. Так, рисуя портрет Николая Ивановича Кибальчича, повешенного по делу покушения на царя 1 марта 1881 года, он сообщает: «На суде Кибальчич заявил об изобретенном им воздухоплавательном аппарате, эскиз и проект которого он передал своему защитнику Герарду».

Даны сжатые, но довольно верные портреты писателей Н. Г. Чернышевского, Д. И. Писарева, А. А. Слепцова, А. И. Герцена, Н.П.Огарева, Л.Н.Толстого (о нем особенно подробно) и других. Любопытны характеристики популярных революционных деяте­лей, сделанные без малейшего желания принизить их значение. Автор, наоборот, всячески подчеркивает, что противники, с кото­рыми приходилось иметь дело чинам охранного отделения,— ум­ны, пользуются большим влиянием и именно поэтому «особо опасны».

Книга эта, конечно, самая любопытная из всех ей подобных.

У меня имеется еще «научный труд» небезызвестного генерала от жандармерии А. И. Спиридовича, выученика пресловутого деятеля царской охранки С. В. Зубатова, организатора так называ­емой «зубатовщины» — попытки отвлечь рабочий класс от револю­ционной политической борьбы путем фальшивой, показной защи­ты его экономических требований.

Генерал от жандармерии А. И. Спиридович читал на эти темы чинам охранного отделения своеобразные «лекции», которые были напечатаны, также секретно, в двух томах, под заглавием «Рево­люционное движение в России». Том первый вышел в Петербурге в 1914, а том второй—в 1916 году. Оба тома печатались в типографии Штаба Отдельного корпуса жандармов.

Автор пытается в этом своем «труде» теоретизировать по поводу программ различных партий, и это у него получилось нестерпимо глупо.

При Керенском А. И. Спиридович был сначала арестован, потом выпущен. Он ухитрился напечатать свои «лекции» вторым изданием или «первым для публики». Накануне Октябрьской революции генерал-жандарм бежал за границу, где напечатал пасквильную «Историю большевизма в России». Сделан этот пасквиль был настолько безграмотно и мерзко, что даже в эмигрантской печати получил отрицательную оценку5. Последнее уже не имеет отношения к книгам, которые цар­ское правительство издавало «секретно», тайно от глаз народа.